Публикации

Мы часто считаем, что если будем как можно чаще беседовать с детьми о Боге, регулярно приводить их в храм для Причастия, строго следить за их окружением, ограничивать время в Интернете, то гарантированно воспитаем истинных христиан. Однако пример святых, вырастивших собственных детей, достигших святости, прекрасно иллюстрирует слова митрополита Антония Сурожского: «Никто не сможет приблизиться к Богу, пока не увидит в глазах другого человека отражение вечной жизни». Детям будет значительно проще полюбить Бога, если они увидят эту любовь в сердцах своих родителей.

 Пример матери

Православные родители часто испытывают беспокойство, отправляя своих детей в светские учебные заведения. Их тревожит, не подхватят ли дети дурные привычки от сверстников, сможет ли ребенок адаптироваться в коллективе.

Подобные переживания были и у святой Нонны (Назианзской), матери Григория Богослова. Она волновалась, когда отправляла сына в лучшее учебное заведение того времени — Афинскую академию, основанную Платоном. В середине IV века у жителей Каппадокии, где жила семья, было ограниченное количество возможностей для получения качественного образования.

Афины в то время были центром процветающей языческой культуры.

Нонна была истинной христианкой и стремилась, чтобы ее сын тоже вырос в вере. Поэтому первое, чему она научила маленького Григория, было общение с Богом. С раннего детства мальчик привык доверять Богу свои самые сокровенные мысли и переживания. Мать верила, что умение молиться станет надежной защитой для сына от грядущих искушений. Она сама подавала ему пример. «Об этом у нее ежедневно была самая первая мысль… Кто, приступая к молитве, имел столько упования получить просимое?» — вспоминал впоследствии ее знаменитый сын.

Молитва с благодарностью Богу была первой реакцией матери будущего святителя на любые трудности. Она понимала, что Бог не посылает испытаний, превышающих человеческие силы.

Поэтому, когда Григорий вырос, мать отправила его в ведущие учебные заведения. Юноша обучался в Кесарии Каппадокийской, Палестине, Александрии и, конечно, в Афинской академии, став одним из самых образованных людей своей эпохи. Григорий обрел мощный иммунитет к языческому влиянию. Возможно, решающую роль в этом сыграл пример матери: юношу особенно привлекали уединенные размышления и молитвенное общение с Богом. Недаром он вошел в историю как Григорий Богослов.

На уроках — псалмы Давида

 В IV веке, когда многодетные семьи были редкостью, супруги Василий (преподаватель риторики) и Эмилия (святая Эмилия Кесарийская) выделялись своим необычайно многочисленным потомством — десятью детьми. Такое положение дел могло указывать как на их достаток, так и на глубокую веру в Бога. Оба эти качества присутствовали у родителей будущего святителя Василия Великого.

Благополучие семьи омрачилось ранней смертью отца, вскоре после рождения младшего сына Петра. В то время как многие матери могли бы растеряться, Эмилия взяла на себя заботу о начальном образовании детей. Она стремилась развить в каждом ребенке его природные склонности и таланты, направляя их в нужное русло.

Признание христианства Римом произошло незадолго до этого, и Эмилия опасалась пагубного влияния языческих нравов на своих детей. Поэтому, пока они были малы, она оберегала их, обучая лишь тому, что считала истинным и правильным.

Так, старшая дочь Макрина получила первые уроки не из языческой поэзии, а из псалмов Давида и притчей Соломона. Эмилия исключила из жизни детей развлечения, считавшиеся сомнительными с моральной точки зрения, такие как походы в театр или на скачки. Чтобы дети не скучали, она поручала им различные дела по хозяйству — от работы в саду до помощи в кузнице.

Такой подход к воспитанию оказал огромное влияние на дальнейшую судьбу детей. Пятеро из них были причислены Церковью к лику святых: Василий Великий, Григорий Нисский, Петр Севастийский, преподобная Макрина и диаконисса Феозва.

Путь любви отца 

Существует распространенное мнение, что к детям проявляют снисхождение в раннем возрасте, а затем начинают прививать строгость. Однако в семье протоиерея Алексия Мечёва, служившего в московском храме святителя Николая в Кленниках, ситуация развивалась по обратному сценарию. В детстве своих четверых детей он придерживался достаточно строгих правил: запрещал им шуметь, входить в его кабинет при посетителях или во время молитвы.

Ключевой поворот произошел в августе 1902 года, когда скончалась его супруга Анна Петровна, оставив отца Алексия с четырьмя детьми. Его младшей дочери Оле было всего шесть лет, а сыну Сереже — десять. Священнослужитель не мог оставить свое служение ради воспитания детей. Более того, отец Иоанн Кронштадтский, посетивший его вскоре после утраты жены, настоятельно советовал не уединяться, а активно взаимодействовать с людьми и помогать им справляться с жизненными трудностями.

Поэтому повседневным уходом за детьми занялась сестра покойной супруги, Ольга Петровна Кадмина. Со временем отношение отца Алексия к детским шалостям стало гораздо более терпимым.

В 1913 году его единственный сын Сергей, уже студент Московского университета, отправился в Италию. Увлеченный древнехристианским искусством, он мечтал посетить все музеи и, конечно же, Рим. Ради этой цели он даже продал свой любимый велосипед. Однако денег все равно не хватало. Просить у отца было неудобно, ведь тот сам во многом себе отказывал. Но отец в каждом письме настойчиво предлагал: «Пиши, сколько нужно еще денег. Не отказывай себе ни в чем». И юный студент, хоть и скрепя сердце, соглашался.

В итоге доброта и снисходительность отца Алексия по отношению к детям принесли обильные плоды: две его дочери, Александра и Ольга, стали учительницами, а сын принял сан священнослужителя. После смерти отца он возглавил общину храма в Кленниках, пережил репрессии, тюремное заключение, ссылки и лагеря. В 1942 году был расстрелян, а спустя 58 лет прославлен Русской Церковью как священномученик. В 2000 году был также канонизирован и его отец — святой праведный Алексий Мечёв.

Воспитание в простоте и служении

 Как правило, чем более состоятельны родители, тем больше они вкладывают в своих детей: модную одежду, новейшие гаджеты, экологически чистые продукты, престижное образование…

В начале XX века русский царь Николай II был, пожалуй, одним из богатейших людей в мире. Тем не менее дети Николая Александровича и Александры Федоровны Романовых росли отнюдь не в показной роскоши. С юных лет их приучали спать на простых кроватях, питаться скромной пищей, одеваться в необходимое.

По мере взросления царские дочери начали выполнять «взрослые» обязанности. «Полезно предоставлять девочкам работать самостоятельно, — говорила мать. — Так они научатся приносить пользу».

С началом Первой мировой войны, подобно императрице, они проводили долгие часы в госпитале, ухаживая за ранеными, ассистируя на операциях и делая перевязки.

Однажды, когда Николай II с двумя старшими дочерьми находился в Гамбурге, во время прогулки из-за угла выехал почтовый экипаж. Резкий поворот — и из него на мостовую выпала посылка. Государь тут же поднял ящик и передал его почтовому служащему, который, не узнав русского царя, лишь едва кивнул в знак благодарности. Анна Вырубова, близкая подруга императрицы, сопровождавшая их, выразила недоумение по поводу поступка царя. На что тот лишь пожал плечами: «Чем выше человек, тем скорее он должен помогать всем и никогда в обращении не напоминать своего положения; такими должны быть и мои дети!».

Позже, после отречения от престола, будучи под арестом в Царском Селе, государь с дочерьми много занимались физическим трудом: корчевали пни, копали грядки, опиливали ветви. Привычка жить просто и бескорыстно приходить на помощь нуждающимся оказалась им очень кстати в последние месяцы их жизни. Охранники никогда не слышали от царственных особ жалоб на бытовые неудобства.

Не существует единого, универсального рецепта воспитания. Мир сложен, а дети — каждый со своим набором черт характера, темперамента и жизненных обстоятельств. Поэтому прежде всего в семье должна быть безусловная любовь.

Подготовила Людмила Питайчук